Даже подонок вообще-то не хочет, чтобы его все считали подонком. Он бы предпочел быть благородным борцом за что-нибудь, или, скажем, смелым крутым мачо, который берет все, что ему требуется, ни на кого не оглядываясь. И хочет, чтобы девушки его любили, а знаменитый Переплюйкин поприветствовал его с искренним уважением.
И тут — о радость! — ему на помощь приходит терпимость к высказываниям. Ага, решает он, так значит, здесь это нормально! То ись капитал приобрести я могу, при этом невинность тоже соблюдется.
И, что самое интересное, он во многом прав. То есть знаменитый Переплюйкин, возможно, с ним за ручку не поздоровается, но те, с кем здоровается он — те самые, что громогласно оправдывали свинство — они сами, быть может, не такие свиньи, как наш герой, но и осудить его тоже не смогут. Ну, возможно, будет он немножко неправ, но в целом наш человек. То есть линия неприемлемости идет уже где-то в области деталей методов; скажем, громить квартиры и избивать уже хорошо, а вот кидать детей на колья еще неправильно, не привыкли еще пока.