Иногда

Иногда Иногда мне кажется,     что я существую Печальным наброском     к собственному портрету Кисти бессмертного Босха, Краски кладущего слаженно     на холст примитивного света. Иногда мне видится,     край другой судьбы —         альтер-эго, Звук последней трубы     навевает потустороннюю негу, Открывая маленькую зелёную дверь     с обратной стороны неба. Иногда я ещё и думаю,     размышляю         о природе вечности, Прмышляю сетями тоску мою В озере показной     виноватой беспечности, Там, где берег высок,     каменист, И песчаный мысок     неизвестно чем знаменит. Иногда я теряю ниточки     размышлений моих ленивых И, если позволят силы,     заново начинаю корпеть, Начисто переписывая кисточкой     красной тушью         по жёлтому шёлку Мысли. Бывали и иные времена     иногда — Вышли.

Бесы

Бесы Веселье–похмелье —     избитая рифма, замытая частым употреблением. Частным мнением своим     заявляю:         мне надоело рифмовать эти рифы     почти         до предела, до-бес-предела. Бесы корчат мне рожи     из грёз бессонницы. На стене очертанья весов:     взвешен и найден лёгким. В лёгких воздух тяжёл, дым поднимается вверх,     отталкиваясь от моей сигареты. Никому не нужны ответы     на вопросы вечного почемучки, я бросаю свои погремушки...     Где ты? Кто здесь?         И что за штучки, вообще? Тщетны усилия      потерять одиночество. Кто бы его украл? Бесы делают мне     этакий крендель ручкой. Пендель бы им прицельный     так, чтоб попасть в штангу, висящую в пустоте     на высоте двух метров, ветром обтекаемую плавно. Славно,     что я никому не нужен —         не будет плача, когда не явлюсь на ужин:     сплю — не иначе. Пробуждение будет знатным,     скорым и неизбежным, как победа капитализма     над здравым смыслом. Мысли проистекают     из странного мифа, что человек разумный,     двуногий прямоходящий, нелетающий. Кажется, пора закругляться —     бесы лают уже         щенячьими голосами в такт музыке ветра     в моей пустой голове.

Homo homini

Homo homini Человек человеку —     необитаемый остров. Утопи своё одиночество     в крови чужой судьбы. Быть простым очень сложно,     простейшим — просто, Блаженны безмолвные —     бактерии и грибы. Человек человеку —     terra incognita, На разведку ступай осторожно,     смотри в оба глаза, Нет ничего проще     быть неправильно понятым: Мысль изречённая —     это всего лишь фраза. Человек человеку —     потерянный рай, Обретаемый     и упускаемый снова. Мы забудем друг друга,     но всё-таки знай: Одиночество — тоже     всего лишь слово.

Пророчество

Пророчество Забытые буквы     медленно проступают         красной сумятицей на стене, Крушение царств напоминает     копошение ракообразных         на илистом дне. Нет пророка     в своём отечестве, Нет порока     в твоём пророчестве, Неоконченное одиночество     происходит из общей вечности. Неснимаемое проклятие     вытекает из слова случайного, Ничего нет необычайного,     что негромко и чуть печально         отступаю в себя опять я.

* * *

* * * В потоке слов, как средь толпы, Лавирую против теченья. И в том не вижу огорченья, Что этот тип стихосложенья — Есть разновидность немоты.

* * *

* * * Наверняка,     вы поймёте меня неправильно.         вы сочтёте меня мазохистом. А просто — целого мира мало,     чтобы наполнить стихи         стихией и смыслом.